Herr Oberst (herr_0berst) wrote,
Herr Oberst
herr_0berst

Category:

о русских женщинах и русских мужчинах

Почти одновременно появились две по всей видимости независимые заметки об угнетенни русской женщины русским мужчиной в дореволюционной советской семье об уничтожении фенотипа русского мужчины руками русской женщины:
Этноэтюды | [ via dm_krylov ]

На выходных я зашел в персидское заведение ради шашлыков, которые только в нем и умеют готовить по-человечески. Сделав заказ, я сидел со стаканом сока и наблюдал за рыбками в аквариуме. На следующей неделе навруз - персидский новый год, и по этому случаю на отведенном столике были расставлены свечи, зеркала, аквариум с рыбками, чеснок и прочее, чем зороастрийцы, а вслед за ними и персы-мусульмане встречают новый год.

В заведение вошла бабушка с двумя внуками. Дети первым делом подбежали к новогоднему столу и стали разглядывать рыбок и свечи. Бабушка, тем временем, села недалеко от меня и сделала заказ на фарси. Ее внук лет 6-ти занял место за столом напротив бабушки, лицом ко мне. Он говорил довольно громко по-английски, и я невольно улыбнулся тому, как он явно копирует своего отца, стараясь казаться старше, с какой важностью говорит по мобильному телефону, договариваясь с мамой о том, как провести вечер. Он поднялся с места и ходил по заведению с телефоном у уха и важным видом, и потом, закончив разговор, вернулся на место и сообщил бабушке о результатах переговоров - все это в точности как сделал бы взрослый мужчина, очевидно его отец.

Следом за ними зашла другая семья : мать и двое дочерей. Все говорили на фарси. Дочери тут же подбежали к столу и потянули руки к чесноку. Мать при этом не обращала на их действия никакого внимания и была занята заказами.

Через минуту в заведение вошла мать с двумя сыновьями: 4-ых и 6-ти лет. Мать говорила с ними на русском (по выговору понятно, что она с Юга России), сыновья отвечали на смеси русского и английского. Как и все другие дети, мальчики первым делом двинулись к столу, но подойти к нему не успели. Мать одернула их возгласом, "не трогать". Она взяла их за руки и отвела за столик и только рассадив их так, как ей хотелось, она занялась заказами. Их столик находился недалеко от моего, и я слышал все, что она говорила сыновьям. Она сообщила, что "у людей бывают разные религии и трогать их не надо". Это относилось к новогоднему столику. Потом она решила занять детей и начала рассказывать "страшную сказку". Во время рассказа старший сын открыл банку колы и хотел отпить из нее, как мать вырвала у него из рук банку со словами "острый край! можно порезаться, знаешь как больно". Она постоянно делала сыновьям замечания о том, чтобы "они сидели смирно".

Некоторое время она продолжала занимать внимание сыновей, полностью контролируя каждое их движение, а мне, тем временем, принесли шашлык, и я перестал обращать на нее внимание.

Увиденного, впрочем, и так было достаточно, чтобы отметить совершенно наглядную огромную разницу в воспитательных стратегиях матерей между русскими и многими другими народами. Вот некоторые особенности этой стратегии, присущей русским и другим гетерономным этносам:
1. русская мать стремится полностью контролировать детей
а. она ограничивает передвижение детей радиусом, в пределах которого она может быстро подойти в ребенку и не выпускает их из зоны визуального контроля
б. она ограничивает детское любопытство. В ее представлении такое любопытство является проявлением дурного воспитания по отношению к "чужим людям". Ребенок через эти ограничения получает представление о "чужих людях" как об источнике оценок своего поведения.

2. русская мать часто пользуется страхом в воспитательных целях
а. чтобы донести мысль о нежелательности какого-либо действия, мать описывает неприятные последствия этого действия: боль, неудовольствие взрослых, риск остаться одному. Ребенок, таким образом, не получает непосредственного опыта поиска границ дозволенного, а привыкает полагаться на авторитет, сначала родительский, а потом вообще любой авторитет
б. многие матери так часто пользуются страхом в воспитательных целях, что создают у ребенка страх всего вообще, кроме узкого круга привычных людей и предметов. Мать, сознательно или подсознательно, пользуется этим приемом, чтобы привязать ребенка к себе. Другим следствием этого страха становится пассивность характера и подавленный инстинкт экспансии

3. русская мать считает, что сын должен полностью подчиняться ей
а. она не понимает разницу между мужчиной и женщиной, которая существует вне зависимости от возраста и пользуется своим преимуществом взрослого человека, чтобы подчинить себе сыновей.
б. она навязывает сыновьям традиционно женские стереотипы поведения, включая сюда покорность силе или авторитету и неспособность постоять за себя в открытом конфликте.
Меня часто спрашивают, откуда берется гетерономность и как ее преодолеть. Вот отсюда она берется. Это части русской культуры, которые кодируют и передают из поколения в поколение гетерономные особенности русской культуры. По сути дела, русские матери заняты тем, что растят из поколения в поколение людей, чье сознание отформатировано под подчинение, готовность признавать авторитет за любым, кто на него претендует и страх всего и вся. Т.е. это культурная программа воспроизводства рабов.
<->

АЛЬФА-МАТЕРИ и ВУМЕН-МУЖЧИНЫ | [ via shurigin ]

Я ни в коем случае не претендую на всеобщность своих выводов и не опираюсь ни на что кроме собственных наблюдений. И всё ниже написанное лишь полемические заметки о довольно болезненной проблеме, с которой сталкивается сегодня очень многие.

…Мой друг подарил на пятнадцатилетие сыну своей подруги хороший раскладной нож. Итогом стал семейный скандал, в ходе которого друг был обвинён в том, что выращивает из мальчишки убийцу, что оружию нет места в их доме, и что мальчику нужны занятия английским и теннисом, а не агрессивное воспитание волчонка и бандита, которое может его довести до тюрьмы.

Мой друг много лет служил офицером в ВДВ, воспитал сотни солдат и вырастил собственного сына, который сейчас учится в «эрвэвэ два ку-ку» (РВВДКУ). То есть ни с какой стороны он на воспитателя бандита и убийцы не тянет.

В итоге Виктор (назовём его так) хлопнул дверью и уехал жить к себе домой. Помирятся они или нет – я не знаю. Наверное, помирятся. Но ситуация с подаренным ножом вскрыла одну из самых злободневных проблем современности.

Роль российской женщины в уничтожении психотипа мужчины в России…

Начну с того, что прошедшее пятнадцатилетие страшно ударило по русскому мужчине и вообще по статусу мужчины в России. Нигде в мире не произошло такой резкой деградации мужчины как в России посте 1991 года. Тому было много причин.

Традиционно большая часть русских мужчин была занята в госсекторе. Предприятия, заводы, НИИ, армия, МВД, школа и медицина. С началом либеральных реформ большая часть этих профессий оказалась невостребованной, подверглась сокращениям и осталась без финансирования. Произошёл демонтаж целых отраслей и структур. Соответственно миллионы мужчин оказались либо совсем без работы, либо на грани полной нищеты. Престижные ранее профессии и области труда оказались диффамированы, девальвированы и обезлюдели.

Распались или деградировали целые социальные группы, которые столетиями «генерировали» мужской психотип нации. Так, традиционно «мужской» работой в России была «государева служба» и традиционно лучший мужской генофонд сосредотачивался именно там. Исторически повелось, что один из самых ярких типов русского мужчины был русский офицер. Не случайно это был один из основных героев русской литературы 19 века, да и большей части 20-го.

К 1991 году почти миллион офицеров и прапорщиков МО и КГБ был не только весьма привилегированной социальной группой, но и «племенным» заповедником страны. Создать семью с военным был престижно, даже иметь связь с военным считалось удачной партией.

С определёнными оговорками, но именно «служивые» в России исповедовали мужскую этику, и соответственно «мужественность» армии, образ защитника, солдата были одной из главных опор мужского психотипа России.

Но после 1991 года эта социальная группа подверглась тотальному разгрому. Фактически всего за десять лет из армии ушло больше 85% всех офицеров, служивших там до 91-го года. Профессия военного превратилась в одну из самых непрестижных и малооплачиваемых работ, обрекающая на беспросветную нищету и безнадёгу.

Второй (а может быть и первой по численности) социальной группой репликации «мужественности» в СССР было крестьянство. Сельское население, хотя и не имело столь ярко выраженных этических корпоративных законов и традиций как «служивые», но, тем не менее, вполне успешно справлялось с задачей воспитания «мужского» психотипа. Связано это было, в первую очередь, с образом жизни деревенского подростка, который с малых лет включался в помощь по хозяйству и рос в довольно спартанских условиях, рано взрослея и становясь полноценным хозяином и помощником родителям.

Здесь куда меньше были проявлены сознательные морально-нравственные установки, но при этом самосознание деревенского мальчишки, а за тем подростка складывалось по чётко выраженному мужскому психотипу.

Но после 1991 года село оказалось отброшенным фактически в феодальный строй. Большая часть совхозов и колхозов разорилась. Сельское население оказалось за чертой бедности и стремительно деградировало. Массовое пьянство, тотальная безработица и нищета превратили село в зону социального бедствия.

Кроме этих групп существовало немало других социальных и профессиональных групп, где так же в больше или меньшей степени формировался русский мужской психотип. Но почти везде после 1991 года кризис страшно ударил по уровню жизни и социальному положению мужчин.

В результате десятилетия реформ мужское население России, как никакая другая социальная группа, оказалось страшно деморализовано. Как никто деградировало и девальвировалось. В итоге катастрофически сократилось число мальчишек полноценно воспитываемых отцами и развивающихся по мужскому типу.

И одним из разрушителей мужского психотипа России сегодня являются… женщины.

Официально в России около 30% детей растёт в неполных семьях – читай в семьях, где детей, а чаще всего ребёнка воспитывает мать. Если к этому прибавить семьи, где отец пьёт или вынужден заниматься «отхожим промыслом» - то есть работать вдалеке от дома, то я думаю, что сегодня фактически каждый второй мальчишка в России не получает мужского воспитания.

Но даже там, где в семьях есть отцы, не часто встретишь ситуацию, когда мужчина является главой семьи. Куда чаще наоборот. Женщина планирует бюджет, женщина ведёт семейную бухгалтерию, женщина принимает решения, какие покупки нужны семье, куда ехать отдыхать летом. Функция же мужчины одна – зарабатывать деньги и отдавать их жене. Даже секс в семьях сегодня чаще ориентирован на желания женщин, чем мужчин. Фактически, в большей части российских семей царствует мягкий матриархат.

Более того, сегодня женщины имеют куда более прочные социальные позиции, чем мужчины. Традиционные женские профессии, хотя и не высоко оплачиваемы, но зато не претерпели за эти годы такой девальвации и диффамации как большинство мужских. Женщина бухгалтер, учитель или врач сегодня себя так же социально оценена и востребована, как и 20 лет назад. В то время как мужская профессия инженера за 15 лет прошла путь от полного социального презрения до сегодняшнего робкого признания. Военные, моряки, инженеры, рабочие, шахтёры, механизаторы и даже лётчики – все эти профессии после 1991 года стали синонимами бедности, социального тупика и безнадёги.

Ещё более всё это выражено в неполных семьях, где женщина в одиночку воспитывает сына.

Казалось бы, ну что плохого в том, что мальчика воспитывает мать? Разве после Великой Отечественной Войны миллионы вдов не воспитывали в одиночку своих сыновей? Воспитывали, но только в сороковые годы сыновей воспитывали на культе погибших отцов и само государство помогало этот культ поддерживать. Пропаганда, социальная помощь и кадровая госполитика способствовали «формированию» мужского психотипа у миллионов оставшихся без отцов подростков. Были доступны и престижны десятки «мужских» профессий. Сегодня же ситуация качественно иная. Сегодня больше нет государства, которое было социально ориентировано на «простого человека» и выполняло фактически «отеческие» функции по отношению к своим гражданам. Сегодня больше нет пропаганды мужественности, большая часть «мужских» профессий мало престижна и неоплачиваема, а государство давно превратилось в безжалостного мытаря выгребающего из карманов своих граждан последнюю мелочь.

В этих условиях полностью изменился и вектор воспитания мальчиков в неполных семьях. Теперь одинокая женщина выращивает сына «для себя». Не для безымянной девицы, которая станет женой её сына, не для того, что бы однажды он вырос и ушёл из дома в море, в горы, в казарму. И уж точно не для Родины. А для себя, для собственной старости, что бы до гробовой доски рядом с ней был единственный мужчина её жизни – её сын. И как когда-то мальчишки следовали за отцами, за вожаками компаний, за тренерами или командирами так сегодня мальчишки начинают следовать за альфа-матерями.

Но для успешного решения этой задачи необходима главная и основная операция – вивисекция мужественности. Женщина должна стать доминантой для своего сына, главным человеком в его жизни, лидером. Сделать это, если в нём сохранятся «мужские» установки – мальчишеская агрессивность, стремление к мужскому коллективу, настрой на мужские игры и мужской тип общения крайне трудно. Он просто «уйдёт» в подростковом возрасте во двор и мать уже вряд ли сможет что-то этому противопоставить. Но если в мальчишеском возрасте вовремя его «обабить» - увлечь «пограничными» занятиями – танцами, музыкой, плаванием, теннисом, отрезать от мальчишеской компании, заполнить его досуг совместными поездками, путешествиями, и всячески давить его «агрессивность» - наказывать за драки, вытеснять из его жизни «агрессивные» игры, предметы, книги, то в итоге из мальчишки постепенно формируется тип «домашнего» ребёнка, который жёстко ориентирован на мать, как на лидера своей жизни. Этакий «мутер-мужчина».

Полное его формирование мутер-мужчины завершается к 25-27 годам, когда, закончив институт, и вступив во взрослую самостоятельную жизнь, он по-прежнему остаётся жить с матерью под одной крышей и становится фактически её собственностью.

Женщины в его жизни обычно долго не задерживаются.

Мать, на словах желая ему счастья и «мечтая» о том, что бы он нашёл свой женский идеал, на самом деле самым циничным образом ревнует сына и «вытравливает» из его окружения всех женщин. И даже если он умудриться всё же на какой-либо из них жениться, обычно этот брак не прочен. Жить в квартире с такой свекровью тоже самое, что жить с королевской коброй – смертельный укус – вопрос времени. Конфликт неизбежен и в нём сын безусловно возьмёт сторону альфа-самки – матери. Таких мутер-мужчин за последние годы я видел с добрый десяток.

Для полноценного мужского воспитания в семье отец должен быть для мальчика не просто родственно близким человеком, но и, прежде всего, примером, признанным лидером. Отношения отца и сына это всегда отношения старшего и младшего, в которых моральный авторитет играет доминирующую роль. Нет его, и отношения отца и сына превращаются в соперничество или даже открытое противостояние, в котором сын будет стараться высвободиться из под власти отца.

Наиболее же «рейтинговыми» профессиями середины 90-х стали «бандиты», «менты», предприниматели всех мастей, банкиры и бухгалтеры. И если первые и вторые ещё как-то сохраняли стилистику «мужественности», то остальные уже совершенно не нуждались в наличии мужских качеств.

Сегодня престижный список серьёзно потеснил «офис-персонал» - всякого рода чиновники и менеджеры «мидл-класса». Проблема только в том, что из всего спектра «мужественности» от них требуется только одно - умение носить брюки.

Фактически современный офис это идеальное место обитания мутер-мужчин. Идеальные условия существования – мягкий микроклимат, хорошая кормёжка, отсутствие какой-либо внешней опасности и полный набор удовольствий прямо на рабочем месте от женщин до Интернета.

Очевидными признаками «мутер-мужчины» является его неспособность брать на себя ответственность за кого-либо, отсутствие инстинкта защитника и покровителя и чёткая установка на выстраивание отношений с женщинами по схеме приходящего жиголо, который никому ничего не должен. В семье «Мутер-мужчины» не способны становиться лидером и даже равным партнёром. Их удел, это положение вечных «старших сыновей», при собственных жёнах, как они жили при мамах.

Одна проблема – что делать той половине женщин, которые воспитывают дочерей? Ведь воспитание девочек за последние полтора десятилетия фактически мало изменилось и современная девушка, с определёнными оговорками, выходит во взрослую жизнь с теми же установками, с какими двадцать лет назад шагнула во взрослую жизнь её мать. Ну, разве что, с большей установкой на самостоятельность. Даже в неполных семьях воспитание девочки не сильно изменилось. Мать не может воспитать дочь «под себя», т.к. главная функция женщины - стать женой и матерью изначально предполагает её уход из дома. И с этим ничего не поделать…

В итоге мы сегодня имеем удручающую картину, с которой сталкиваются большинство родителей девушек – шансы встретить сегодня порядочного самостоятельного парня, способного к серьёзным отношениям очень невелики. Кругом одни «мажоры», «валеты» и «инфанты». Очевидной проблемой современности является несоответствие мужского материала России качеству женского и проблема эта продолжает нарастать. Мужчина как психотип в сегодняшней России вырождается…
Tags: man::woman, quote, russia
Subscribe

  • о 'ударим автопробегом!'

    У старшего сына по независящим от нас причинам не состялся летний лагерь. В качестве утешительного приза отправились с ним на небольшой автопробег…

  • о дне войск дяди васи

    За ВДВ! Andrea Smidt | for P Magazine photographed by Cameron Hammond

  • о гламурных эко‐хиппи

    ... The Maderas Village people: Erica Jane Hoff, Nikki Brand, Bennet William Brown, Allison VanCleave, Matt Dickinson, Schuyler Quinn…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments